Уржумская Земля
прошлое и настоящее
Меню сайта
Категории раздела
Агропром, сельское хозяйство [82]
Археология [7]
Великая Отечественная война [76]
Военная служба [9]
Военные истории [12]
Возвращение имён [20]
Генеалогия [4]
Георгиевские кавалеры [1]
Герои Советского Союза [19]
Годы революции и гражданской войны [32]
Горячие точки [15]
Госслужба [8]
Депутаты Государственной Думы [5]
Иностранцы в Уржуме [14]
Интересные люди [31]
Исторические, заповедные и памятные места [2]
Исторические справки [21]
История, легенды народов, вера [16]
Комсомольская жизнь [5]
Краеведение и краеведы [23]
Культура и искусство [208]
Лесное хозяйство [18]
Люди науки [42]
Медицина [46]
Монастыри, церкви, часовни [29]
Музеи [16]
Некрополь, некрополистика [4]
Образование [105]
Правопорядок, спецслужбы [46]
Православная страница [91]
Политика [11]
Политические лидеры [82]
Почётные граждане Уржума [32]
Почётные граждане Уржумского района [12]
Почта, марки, открытки [8]
Промыслы, ремёсла [32]
Промышленность, производство, передовики [59]
Революционеры [11]
Реки, озёра, пруды и родники [12]
Сельские поселения [167]
Список лиц, погребенных при церкви [32]
Спорт, туризм [53]
Топонимика, ономастика [7]
Торговля, ярмарки [8]
Транспорт, дороги [9]
Удивительные судьбы [182]
Уржум в прошлом [26]
Уржум в настоящем [18]
Уржум - улицы и дома [1]
Уржумский уезд [36]
Флора и фауна, природа [7]
Разное [1]
[0]
[0]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » Статьи » Годы революции и гражданской войны

Николай Романов. Борьба за власть Глава II Борьба за хлеб

Николай Романов. Борьба за власть
Глава II

Борьба за хлеб

 

Весной 1918 года во многих губерниях европейской части России сложилась кризисная ситуация с хлебом. К тому времени разрушились экономические связи между городом и деревней. Кулаки и зажиточные крестьяне, выступающие против Советской власти, - основные владельцы хлеба, перестали продавать его государству.

В такой же ситуации оказалась и Вятская губерния. В уездах стала возрастать нервозность населения, предрасположенность к голодным бунтам и вспышкам насилия. Чтобы как-то повлиять на сложившуюся обстановку в обеспечении хлебом городов и беднейшего населения губернии, 20 апреля 1918 года II Вятский губернский съезд Советов установил твердые цены и нормы на хлеб и другие продовольственные товары. При изъятии хлеба от населения из имеющихся запасов до 30 пудов (1 пуд = 16 кг - прим. автора) введена норма потребления:

- на одного человека -1 пуд 10 фунтов (1 фунт = 409 гр. - прим. автора) в месяц до нового урожая;
- норма для рабочей лошади - 5 пудов зерна в месяц;
- при кормлении крупного рогатого скота соломой - по 4 фунта зерна в день до выпаса в поле (при кормлении скота сеном зерно не полагалось).

У крестьян, имеющих запас сена менее 30 пудов, хлеб отбирался по цене 5 рублей за пуд, свыше 30 и до 80 - по 8 рублей за пуд, свыше 80-15 рублей за пуд. Для лиц, обнаруживших хлеб и сообщивших властям, устанавливалось вознаграждение - 2 рубля за каждый пуд. А если они не имели собственного запаса, им выдавался хлеб и для себя, и для скота по нормам до нового урожая. Лица, скрывающие хлеб, обкладывались штрафом до трех тысяч рублей.

Поступающий хлеб распределялся следующим образом: сначала обеспечивалось хлебом бедное население, затем уезд и губерния. Нормы и твердые цены на хлеб устанавливались до 14 сентября 1918 года (10).

В период надвигающегося на страну голода Совет Народных Комиссаров в начале мая 1918 года ввел продовольственную диктатуру в России. При этом народный комиссариат продовольствия получил "чрезвычайные полномочия по борьбе с деревенской буржуазией, укрывающей хлебные запасы и спекулирующей ими". Крестьянам категорически запрещалась частная торговля хлебом и устанавливалась обязательная сдача его государству по твердым ценам.

Обесценивание рубля, нежелание крестьян продавать хлеб по твердым ценам за бумажки привели к тому, что процесс обмена между городом и деревней стал превращаться в натуральный. В стране был принят особый способ государственного регулирования рыночных отношений в условиях хлебной монополии, развала финансовой системы и разрухи в промышленности. В связи с этим наметился переход к новой форме взаимоотношений с деревней - товарообмену, который фактически являлся насильственным изъятием у крестьян всего имеющегося хлеба.

Большинство крестьян в Нолинском уезде болезненно восприняли постановление II Вятского губернского съезда Советов, установившего твердые цены и нормы на хлеб. К тому же весной 1918 года в стране была принята продовольственная диктатура. После этих жестких мер, крестьяне перестали продавать хлеб за бесценок. В связи с этим в Нолинском уезде срывалось задание губисполкома по поставке хлеба голодающему населению Петрограда и Москвы. В этой обстановке уездный совет по снабжению 28 мая направил распоряжение в волостные Советы:

".. .Уездный Совет снабжения вменяет всем волостным и деревенским комитетам в обязанность строгой ответственности перед революционным судом за судьбу стоящей на краю гибели Российской республики, изнемогающей от голода, благодаря не вывозу из хозяйств излишков хлеба, имеющегося у граждан в кладях, и отобрать все излишки хлеба, ссыпая их в свои волостные пункты".

"Хлебными" волостями в уезде считались Зыковская, Большеситьминская, Буйская, Луксунская, где крестьяне, начиная с конца XIX века, научились выращивать хороший урожай зерновых культур - больше, чем в других волостях. В этих волостях у зажиточных крестьян к весне 1918 года имелось по 10-15 необмолоченных кладей с хлебом. Часть крестьян под давлением местной власти все же приступила к его обмолоту. На это их подталкивало еще и то, что к весне в кладях разводилось множество мышей, которые проникали и в жилые избы и надворные постройки.


 

В начале июня 1918 года уездный комиссар продовольствия А.А. Корюгин выехал с отрядом (11) из 8 красноармейцев в Зыковскую волость - с мануфактурой, солью и табаком для обмена на хлеб (12). Отряд из Нолинска направился в волость кратчайшим путем - через деревни Рябиновщина, Котельники, М. Блиновщина, Караваево, Коротаево, Копосята. И, проехав около 20 верст, ранним утром отряд остановился у волостного Совета в деревне Липино. В это время на площади перед двухэтажным зданием волисполкома собралось около 200 человек. Продкомиссар предложил крестьянам товар, лежащий на телегах, в обмен на зерно. С самого начала у А.А. Корюгина разговор с крестьянами не получился. Вскоре из толпы стали раздаваться крики: "Хлеба мы не дадим!", "Пусть сдыхают в городах с голода!". Затем крестьяне, размахивая кулаками, стали наступать на Корюгина и красноармейцев и без особого труда всех арестовали и поместили под охрану в надворные постройки одного из хозяйств в д. Липино. Через двое суток жители выдворили продкомиссара с красноармейцами за пределы деревни.

В середине июня уисполком вновь направил А.А. Корюгина в Зыковскую волость, чтобы вывезти хлеб, заготовленный местной властью при участии комитетов бедноты. Кстати, в уезде комитеты бедноты в основном бездействовали, они были по-настоящему активны тогда, когда в их поселение приезжал тот или иной вооруженный продовольственный отряд. К приезду продкомиссара А.А. Корюгина в Зыково у волостного Совета собрались крестьяне из семи близлежащих деревень, расположенных в основном по берегам реки Сургут. И, как прежде, крестьяне разоружили отряд, состоящий из рабочих-сапожников Нолинска, а некоторых крестьяне арестовали и посадили в арестантское помещение в здании волисполкома.

На выручку А.А. Корюгину из Нолинска выехал военком А.Д. Вихарев с вооруженным отрядом численностью 45 человек, среди которых находились 17 пленных интернационалистов-австрийцев (13).

Среди пленных выделялся немец Франц Францевич Янкель. Родился он в Германии в 1886 году, в крестьянской семье. На 21 году жизни был взят на военную службу. Участвовал в I Мировой войне. В 1915 году попал в плен. Был направлен в Вятку, затем в числе 150 военнопленных определен в Нолинский уезд. Всех военнопленных уездная управа распределила работниками по семьям, в которых мужчины находились на фронтах I Мировой войны. Янкель был направлен в деревню Сорвищи Буйской волости, где проработал батраком в одной семье 3 года. В начале 1918 года уездным военкоматом переведён в деревню Пуга Путинской волости к гражданке А.П. Буровой - работником. Вскоре он на ней женился. Вместе супруги прожили пять месяцев. В конце мая Янкель вступил в ряды Красной Гвардии, служил пулеметчиком в составе сформированного из военнопленных-интернационалистов отряда при уездном военкомате. Тогда же вступил в партию большевиков ВКП (б).

Подъехав к небольшой деревне Копосята, отряд остановился. А.Д. Вихарев в бинокль увидел людей, идущих с разных сторон в село Зыково. Это встревожило военкома. По его команде красноармейцы быстро спустились вниз по крутому склону к реке Лудяне и, пройдя по старому деревянному мосту, двинулись в село. На окраине отряд встретили восставшие крестьяне, они пытались остановить красноармейцев. Те в ответ были намерены открыть огонь, но А.Д. Вихарев запретил стрелять в безоружных людей, среди которых были и женщины. После этого крестьяне повели себя мирно, постепенно стали расходиться по деревням, чувствуя силу отряда и миролюбивое отношение к ним со стороны военкома. Освободив А.А. Корюгина и рабочих-сапожников из-под ареста, отряд в тот же день благополучно вернулся в Нолинск.

23 июня 1918 года на заседании Нолинского исполнительного комитета был заслушан доклад комиссара но продовольствию А.А. Корюгина "О заготовке хлеба в волостях уезда и отправке его в Петроград". "Хлеб есть у крестьян, - говорил Корюгин, - но чтобы взять его, надо силой преодолеть их сопротивление".

Как видим, изъятие хлеба у крестьян шло трудно. Они не хотели отдавать за бесценок хлеб, выращенный ими с потом и кровью. К тому же в уисполкоме находились служащие с эсеровскими взглядами, которые всячески тормозили заготовку хлеба в уезде. В этой непростой обстановке уисполком принял резолюцию, в которой обязал полостные Советы, несмотря на сопротивление крестьян, продолжать заготовку хлеба в деревнях и селах уезда.

Особую надежду уисполком возлагал на продкомиссара А.А. Корюгина, который 24 июля 1918 года с вооруженным отрядом из 40 красноармейцев выехал в Зыковскую, а затем Буйскую и Луксунскую волости. На 12 подводах они везли крупную партию товара, пользующегося спросом у населения: мануфактуру, серпы, косы-литовки, сахарную помадку, табак и другое - в обмен на зерно. Ранним утром, прибыв в Зыковскую волость, А.А. Корюгин дал указание председателю волисполкома Усцову организовать сельский сход граждан и пригласить на него по одному человеку из каждого починка, деревни, а также руководителей комитетов бедноты из Зыковской, Буйской, Большеситьминской волостей. На второй день, вечером 25 июля, перед зданием волостного Совета собралось много людей. О дальнейших событиях узнаем из воспоминаний их участника Н.Н. Шибанова из деревни Москва Зыковской волости: "В Лудяну Экономическую Буйской волости приехал верхом на лошади гонец из Зыкова и стал приглашать народ в Зыково на сход. И всем говорил, что там, якобы, должен произойти бунт. Из Лудяны в Зыково люди не пошли, а пошли из деревень Зыковской волости: Вьюнка, Лагун, Кондренок, Шлепят и Москвы. Я пришел в Липино и вижу: на скоро сколоченном помосте говорит человек о хлебе. Народ шумит. Возле Корюгина стоят два красноармейца с винтовками. Вдруг к ним подходит мужик крепкого телосложения из деревни Липино и, неожиданно схватив руками винтовки, говорит: "Отпускайте его, а то обоих захвостну". Красноармейцы тотчас ушли от Корюгина. Тогда толпа кинулась на него, сшибла с ног и стала избивать. Я кинулся в толпу на защиту и отнял его у крестьян, мы направились дальше от народа в сторону Зыкова. Разгневанные крестьяне догнали нас, но бить Корюгина не стали".

В продолжение рассказа Н.Н. Шибанова о том, какие события происходили дальше в Зыковской волости, узнаем из воспоминаний продкомиссара А.А. Корюгина: "После сделанного мной доклада на собравшемся сходе вместо того, чтобы сдать излишки хлеба профорганам для снабжения рабочего класса и Красной Гвардии, зыковское кулачество пробовало задержать погруженный хлеб из магазеи в количестве 12 подвод. Под руководством земских деятелей и офицеров старой армии они нагло лгали, что у них хлеба нет. Только в одном селе Швариха у отдельных зажиточных крестьян было запасов хлеба по 300 пудов. Организацией комитетов бедноты Зыковский волисполком под руководством Кощеева и Усцова не занимался. Указания упродкома по заготовке хлеба волисполком не выполнял, что было на руку зажиточным крестьянам.

Находясь в Зыковском волисполкоме, вооруженный о гряд численностью 40 человек из-за слабой дисциплины и неумелого руководства командира попал в сложную ситуацию. Во время перерыва я находился в верхнем этаже здания волисполкома (ныне здесь располагается школа - прим. автора). Офицеры и кулаки Зыковской волости выбрали удобный момент и сразу значительную часть отряда, находящуюся в нижнем этаже здания волисполкома, разоружили, вынудили бежать. Мои попытки задержать бегущих и восстановить дисциплину в отряде были безуспешны.

Меня, как члена уисполкома и продкомиссара, а также других активных сотрудников-сапожников и красноармейцев избили и посадили в арестантское помещение при Зыковском волисполкоме. Затем хотели глаза выколоть и провести по тем деревням, где намечалось изъятие излишков хлеба по плану для революционного пролетариата Москвы и Петрограда. Они решили не убивать меня на территории своей волости и отправили с двумя вооруженными конвоирами из числа повстанцев за ее пределы. Кроме того, нас сопровождали несколько верховых, бывших шорников из деревни Малково. У них была цель - убить меня. Избавиться от них удалось лишь в деревне Шуран - при помощи Кочергиных и прибывших навстречу варнаковцев" (14) .

25 июля 1918 года уисполком на экстренном заседании рассмотрел вопросы, связанные с заготовкой хлеба в уезде и арестом продкомиссара А.А. Корюгина в Зыкове. О событиях в Зыковской волости рассказал член исполкома, инструктор продовольственного отдела Вахонин. После обсуждения злободневных вопросов была принята резолюция:

"Заслушано в экстренном порядке заявление инструктора продовольственного отдела товарища Вахонина о том, что командированная в Зыковскую, Большеситьминскую, Буйскую и Александровскую волости для реквизиции хлеба Красная Армия (отряд красноармейцев) во главе с комиссаром продовольствия товарищем Корюгиным была обезоружена жителями Зыковской и Большеситьминской волостей у здания Зыковского исполнительного комитета. Красноармейцы разбежались, часть из них побита. Комиссар Корюгин, имеющий при себе крупную сумму денег и товар для обмена на хлеб, арестован, и нельзя поручиться за жизнь, ограбление Корюгина и расхищение товара. Об изложенном докладчиком телеграфировано в город Вятку. Постановлено: теперь же командировать на место инцидента всю имеющуюся в городе Нолинске реальную силу. Кроме того, затребовать в помощь этой реальной силе из Турека находящийся там отряд красноармейцев.
Председатель В. Марков,
Секретарь Лопатин" (15) .

Не дождавшись, когда прибудет отряд из Уржумского уезда под командованием К. Жидялиса, уисполком для усмирения крестьян и освобождения А.А. Корюгина из-под ареста направил в Зыковскую волость военного комиссара Нолинского уезда А.Д. Вихарева. Ближе к полуночи 27 июля А.Д. Вихарев с 30 вооруженными красноармейцами выехал в село Зыково. Имеете с отрядом выехали: помощник военкома А.Т. Мурин, члены уездного исполкома - большевики В. Рудин, И. Калугин, Родыгин, Копылов, В. Бушмелев. Утром второго дня отряд прибыл в Зыковский волисполком, в деревню Липино. Председатель Усцов доложил А.Д. Вихареву, что А.А. Корюгин находится в безопасности у себя на родине, в деревне Белые Варнаки Луксунской волости.

Находясь в волостном Совете, А.Д. Вихарев выделил несколько вооруженных красноармейцев с подводами, которые вместе с местными депутатами срочно выехали по деревням волости для выявления зачинщиков бунта. После этого А.Д. Вихарев с частью своего отряда отправился в Зыково к магазее (16), где хранилось изъятое у крестьян зерно и часть привезенного Корюгиным товара. Только начали грузить зерно из магазеи на подводы, как у села появилась толпа около ста человек. Пришли люди из деревень, расположенных по берегам реки Кишка: Полома, Брюханов, Мороново, Козино и других, а также из деревни Б. Убиенная. В толпе были крестьяне из деревень бывшего Лудяна-Ясашинского сельского общества. Люди как по команде стали приближаться к магазее. У некоторых из них было огнестрельное оружие. Чтобы остановить наступающую толпу по приказу военкома красноармейцы дали залп из винтовок в воздух. Услышав выстрелы, крестьяне стали разбегаться в разные стороны. Но несколько человек с криками "Хлеба не дадим! Убирайтесь отсюда!" продолжали бежать к магазее, где и были арестованы А.Д. Вихаревым.

Не прошло и двух часов, как недалеко от Троицкой церкви образовалась толпа, значительно больше прежней. Люди оживились и двинулись в сторону магазеи. Из толпы послышались выстрелы из винтовок (их привезли солдаты, вернувшиеся с фронтов I Мировой войны) и охотничьих ружей. Крестьяне беспорядочно стреляли в сторону красноармейцев. Завязалась небольшая перестрелка, в которой один крестьянин Зыковской волости был убит, остальные стали отступать от магазеи, бросая оружие в овсяное поле у села. Задержанных крестьян А.Д. Вихарев выстроил во дворе волостного Совета и, показав на убитого односельчанина, сказал: "Такая участь могла ожидать каждого из вас". Вскоре он отпустил задержанных, кроме зачинщиков бунта.

После отъезда А.Д. Вихарева из Зыковской волости волнения крестьян в деревнях продолжались.

Нолинский уездный исполнительный комитет, несмотря на некоторые неудачи с заготовкой хлеба в Зыковской, Луксунской, а также в волостях, расположенных в сунской и немской сторонах, продолжал наступление на зажиточных крестьян.

В конце июля 1918 года с отрядом красноармейцев для изъятия хлеба у крестьян в Большеситьминскую волость Был направлен Захар Дмитриевич Ковин, уроженец деревни Камень одноименной волости, работающий заведующим уездным земельным отделом. Многие жители полости уже знали о волнениях крестьян в Зыковской и Луксунской волостях, связанных с изъятием хлеба. Кроме того, жители села Ситьма каким-то образом узнали о приезде З.Д. Ковина с продотрядом с целью изъятия излишек хлеба у крестьян и отправки его в распоряжение Вятского губисполкома. Возмущенные жители встретили продотряд в окрестностях села: перегородили дорогу. Несколько человек остановили головную лошадь, впряженную в телегу, на которой находился З.Д. Ковин, и стали громко призывать односельчан: "Бейте его до смерти! Он едет грабить свою волость!". Среди разбушевавшихся людей находились и те, которые раньше учились с З.Д. Ковиным в Ситьминской школе. Они решительно встали на защиту одноклассника.

В сопровождении многочисленных жителей села и близлежащих деревень З.Д. Ковин приехал в Ситьму - центр Большеситьминской волости. В беседе с председателем волостного Совета М.С. Козионовым он предложил на второй день собрать депутатов и провести заседание исполкома с повесткой дня "О заготовке хлеба в Большеситьминской волости". В назначенное время, ближе к вечеру, к зданию волостного Совета, кроме депутатов, пришли десятки зажиточных крестьян, середняков и бедняков.

"Я сделал доклад, - вспоминает З.Д. Ковин, - о трудностях в стране с хлебом, о положении на фронтах, о хлебной монополии. Во время выступления слышались угрозы в мой адрес. Постепенно на площади становилось все шумней. Толпа загудела, как улей пчел. Я не выдержал, ушел в здание волостного Совета. Выглянув в окно, увидел, что часть крестьян стала уходить от кулаков в сторону. Долго не раздумывая, вышел к ним и поставил на голосование вопрос о сдаче хлеба: "Кто за хлебную монополию, становитесь от меня вправо, кто против - налево". После нескольких выступлений все больше людей переходили на правую сторону двора. Тогда я предложил принять короткую резолюцию: "Декрет о хлебной монополии одобрить. Крестьянам немедленно приступить к сдаче всех излишков хлеба государству". Резолюция была принята с небольшим перевесом голосов.

З.Д. Ковин с красноармейцами при помощи беднейшего населения волости с большим трудом организовали обмолот хлебных кладей в хозяйствах зажиточных крестьян и середняков. Излишки зерна были изъяты и вывезены в село Ситьма - на государственный пункт ссыпки зерна.

В начале августа 1918 года для усмирения крестьян в Зыковской, Большеситьминской, Буйской, Луксунской волостях председатель Нолинского уисполкома В. Марков вызвал из Турека Уржумского уезда продовольственный летучий латышский отряд под командованием К. Жидялиса.

Вначале отряд отправили в неспокойную Зыковскую волость. В отряде находилось 50 человек красноармейцев, вооруженных винтовками и двумя пулеметами системы "Максим". К этому времени отряд уже накопил опыт борьбы с контрреволюционными силами.

О событиях того времени рассказывает жительница села Зыково, пожелавшая остаться неизвестной: "Перед въездом в Зыково тогда было не озеро, как сейчас, а огромное болото под названием Соленое. Со всех сторон оно было огорожено жердями, чтобы коровы в него не лезли. Уж очень им нравилась болотная вода и трава. Со временем вокруг болота вырыли несколько канав, и сейчас оно походит на небольшое озеро. Моей маме было тогда 10 лет, и она в этот день собирала с подружками ягоды. Их здесь всегда было видимо-невидимо. Жители всей округи приходили на Соленое за голубикой... И тут девчонки услышали выстрелы и увидели бегущих с оружием мужиков. Перепугались они тогда не на шутку. Сначала селянам показалось, что всех мужиков перестреляли. Но мужчины, прошедшие фронтовую выучку, прямо под латышские пули не пошли, а вперебежку подбирались к зданию магазеи. Противостоять пулеметам они не могли, и перестрелка закончилась.

Для устрашения местных жителей каратели установили пулемет на колокольне храма и начали стрелять поверх крыш домов. Многие жители перепугались, собрав наскоро узлы, хотели бежать и прятаться в лесу. Но новой власти такой конфликт был не нужен. И латыши, вступив в переговоры с местными жителями, договорились о добровольной сдаче хлеба.

Деду моей знакомой, как уважаемому в селе человеку, пришлось улаживать конфликт с советской властью. И хочешь - не хочешь, а пришлось встретить с угощением в своем доме непрошенных гостей.

За короткое время пребывания в Зыковской, Буйской, Большеситьминской волостях отряд К. Жидялиса арестовал 16 человек. Подозреваемых в саботаже и организации бунтов. Один человек был расстрелян. Арестованных крестьян поместили в тюрьму в Нолинске, где держали до 16 августа 1918 года. Затем всех отпустили и отправили по месту жительства.

Находясь в волостях Нолинского уезда, продотряд К. Жидялиса своими мерами устрашения больше нанес вреда, чем пользы. Командир отряда К. Жидялис избивал тех, кто не платил налог, кулаком по голове и плетьми до потери сознания. Ставил к стенке и угрожал расстрелом, стреляя в воздух. Губернские советские и партийные руководители давали о нем самые положительные отзывы, оценивая его как "энергичного и, безусловно, честного истинного сына советской республики". Злоупотребления К. Жидялиса в наложении революционного налога на беднейшее население уезда были рассмотрены в уисполкоме на вечернем заседании 18 августа 1918 года, где и была принята резолюция в следующей редакции:

"Уездный исполнительный комитет, обсудив вопрос о наложении контрибуций командиром Латышского коммунистического отряда Жидялисом на волости Зыковскую, Большеситьминскую, Чертищевскую, Буйскую, Татауровскую, которая по дошедшим слухам налагалась неправильно, так как в числе других облагалось беднейшее население,

ПОСТАНОВИЛ:
Немедленно оповестить волостные исполнительные комитеты, граждан поименных выше волостей, что со стороны уездного исполнительного комитета в самом непродолжительном времени будут приняты меры к проверке расположений по наложению контрибуций командиром сказанного отряда путем организации особой следственной комиссии для расследования. Если будет установлено, что контрибуция налагалась неправильно (и на бедных), то им будет все полностью возвращено".

**
Крестьянский бунт в Зыковской волости возник в июле-августе 1918 года в результате изъятия хлеба у крестьян по твердым, заниженным ценам и обложения бедных крестьян революционным налогом. По размаху и времени прохождения этот бунт был в числе трех крупных выступлений крестьян на территории Нолинского уезда. По некоторым данным, в мятежах, в общей сложности, участвовали 700 и более человек.

Первый бунт проходил в 1675-1676 гг. в Сунской и Кырчанской волостях и был вызван нежеланием крестьян жить за Вятским Успенским Трифоновым монастырем. Второе крупное выступление крестьян произошло в Талоключинской, Осиновской, Горбуновской волостях в 1842 году. Оно было связано с принуждением крестьян заниматься посадкой картофеля на общественных запашках и землях волостных управ.

**

10. 'Установление и упрочнение Советской власти в Вятской губернии" (сборник документов). Киров, 1957 г., стр. 483.
11. Для реквизиции (изъятия) в стране в 1918 году широко использова­лись специально снаряженные продовольственные и другие военизирован­ные отряды из числа городских рабочих и красноармейцев.
12. С апреля 1918 года в государстве при сохранении хлебной монопо­лии и твердых цен велась заготовка хлеба с помощью товарообмена. Нарком-прод получал в распоряжение предметы промышленности, приобретенные им за счет правительственной ссуды, и направлял их в деревню, тем самым стимулируя хлебосдачу.
13. 26 мая 1918 года в Нолинске состоялось первое общее собрание воен­нопленных-интернационалистов, записалось 45 человек. Был избран испол­нительный комитет, принята резолюция о твердой решимости участвовать в защите революционных завоеваний совместно с русскими. Первичных доку­ментов об организации интернационалистов в Нолинске не обнаружено.

продолжение

Категория: Годы революции и гражданской войны | Добавил: Георгич (11.07.2018)
Просмотров: 184 | Теги: степановцы, Нолинск, гражданская война | Рейтинг: 3.0/1
Всего комментариев: 0
avatar
Вход на сайт
Поиск
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Сайт Свято-Троицкого 
Собора